Джаз-события и фестивали:

KOKTEBEL JAZZ 2010 FESTIVAL TRIP: СЕРЕБРЯНАЯ СВАДЬБА

News image

Один из самых влиятельных open-air в СНГ, фестиваль «Джаз Коктебель» contemporary world & jazz music festival приглашает самую правильную, самую...

Далее...

Брутальные хиты в стиле 20-х

News image

Ничто не предвещало беды – пустующая почти в течение часа сцена, заставленная многочисленными инструментами, уже развеселившаяся спиртными напитками...

Далее...

Легендарный джазовый фестиваль в Нью-Йорке отменен

News image

Кризис оставил мегаполис без именитого музыкального феста. Американская компания Festival Productions, ответственная за проведение нескольких еже...

Далее...



Запретных звуков нет! Танцевальный джаз в Японии

Новый джаз - Новый джаз

запретных звуков нет! танцевальный джаз в японии

Cro-magnon, DJ Krush, Gilles Peterson, Japanese Synchro System, Jazztronik, Mondo Grosso, Shuya Okino, Sleep Walker, Soil & Pimp Session, United Future Organisation, acid jazz, calm, future jazz, japan, jazz

В начале 90-х в Японии зародилось сильнейшее эйсид-джазовое движение, которое своей любовью к смешению самых разных жанров доказало, что «No Sound Is Too Taboo», цитируя название одного из альбомов U.F.O. Что же это за движение?

Когда в конце 80-х известные английские диск жокеи Крис Бэнгс (Chris Bangs) и Джайлс Питерсон (Gilles Peterson) ввели в обиход термин «acid jazz», впервые прозвучавший по отношению к пластинке Mickey and the Soul Generation из уст Бэнгса, они, наверное, не догадывались, какое мощное влияние этот «новый» стиль приобретёт в последующее десятилетие. Особенным образом эйсид-джаз обосновался, как ни странно, в далёкой от Англии, но тоже островной стране — Японии. Влившись в наследие местного джаз-фьюжна и впитав в себя страсть к латиноамериканским ритмам, новый «клубный» джаз подарил истории мировой музыки целую когорту ярких коллективов, особенным образом сблизившими электронную музыку с джазом, а диджеев с музыкантами-инструменталистами. Здесь, пожалуй, было самое мощное движение жанра, в западной музыкальной традиции часто именуемое исчерпывающим словом «jazzdance». Попав под влияние электронной музыки и зарождающейся клубной культуры, традиционный джаз вернулся к истокам — ведь чуть меньше столетия назад он зародился в Америке в виде, собственно, музыки для танцев. В преддверии выступления в Москве одного из ключевых фигур этого самобытного движения - Сюи Окино (Shuya Okino) из Kyoto Jazz Massive, Mixmag.Info составил очень краткий «путеводитель» по интереснейшим именам эйсид-джаза Японии. Очень краткий — потому что сходу японскую ветвь «нового джаза» никак не объять.

Рождение новых форм: United Future Organization

Стоит ли говорить, что U.F.O. - это прародители японского эйсид-джаза, да и вообще важная веха в истории смешения джаза и электроники, по величине и значимости обошедшая не один английский коллектив, стоящий у самых истоков. United Future Organization – это эйсид-джаз как он есть — в принципе, на этом

ёмком определении можно поставить точку. Основатели культового коллектива, француз Рафаэль Себбаг (Raphael Sebbag) и японец Тадаси Ябэ (Tadashi Yabe), работали вместе в одном из первых токийских ночных клубов «Pithecan Tropus». В 1990-м они познакомились с Тосио Мацурой (Toshio Matsuura), и так возник коллектив, начавший годом позднее свою музыкальную деятельность с первой двенадцатидюймовки «I Love My Baby (My Baby Loves Jazz)». Важную роль в становлении U.F.O. сыграл всё тот же Джайлс Питерсон, представивший японское трио Великобритании и миру вообще: U.F.O. появляются на вечеринках Джайлса «Talkin' Loud And Sayin' Something», первые их альбомы выходят одновременно на лейблах Talkin' Loud и Brownswood Records — последний основан самими United Future Organization и назван в честь легендарной коллекции пластинок английского радиоведущего. Коллектив быстро находит собственное звучание, основанное на танцевальном ритме с джазовой структурой и заметным влиянием латиноамериканской и бразильской музыки. На родине Себбаг, Ябэ и Мацура ведут еженедельные вечеринки, активно формируя токийскую клубную среду. С середины девяностых члены U.F.O. - резиденты клуба «Blue», расположенного в Аояма - районе Токио, давшего, собственно, название самому клубу. Тосио Мацура крутил пластинки по понедельникам, в пятницу за вертушки становился Тадаси Ябэ, а Рафаэль Себбаг заправлял субботними вечеринками. Участники United Future Organization были одними из тех, кто взял на себя ответственность перенести джаз из концертных площадок в ночные клубы, причём вместе с пластинками самых разных жанров, влияние которых чувствовалось и в самой музыке японского коллектива. «Иногда я диджею вокруг света, - признаётся Тосио Мацура в интервью «Japanese Times». - Я нахожу определённое настроение или идею и следую ей в течение всей ночи, раскрывая её через африканскую или бразильскую музыку, или любую другую. Иногда приходится дважды огибать земной шар за ночь».

Джайлс Питерсон, разговаривая с Рафаэлем Себбагом для одного из выпусков подкастов в рамках радиопрограммы «Worldwide», вспоминает об одном из первых приездов трио в Англию: «Как-то раз вы должны были выступать, по-моему, на вечеринке Ministry Of Sound. Обычно вам отводили всего полтора часа на сет, и вы играли не втроём, а по очереди, чередуясь. Так было и в тот раз. Получалось, что вы бы успели сыграть максимум по пять пластинок, а когда я увидел вас в аэропорту, вы были каждый с двумя чемоданами винила! И вам было не лень это всё тащить!» - «Да, тогда было другое отношение к музыке», - скромно соглашается Рафаэль Себбаг. Но главная заслуга United Future Organization — не в диджейской карьере каждого из участников коллектива, а в бессмертных альбомах с сумасшедшей, энергетически заразительной музыкой, классикой околоджазового жанра, в разных источниках именуемого «acid jazz» или «future jazz».

В разное время с U.F.O. записывались известнейшие вокалисты, от Monday Michiru до коллектива Galliano, на треки U.F.O. писали ремиксы самые разные музыканты, такие как Fatboy Slim, Карл Крейг (Carl Craig), Кэн Иcи (Ken Ishii), DJ Harvey, King Britt, а сами United Future Organization сэмплировали Керуака (Jack Kerouac), переигрывали саксофониста Фрэнка Фостера (Frank Foster) и ирландского певца и композитора Ван Моррисона (Van Morrison). Выступая в качестве продюсеров, United Future Organization открыли миру не только менее заметные, но не менее достойные проекты вроде Jazz Brothers, эпизодическое появление которых на релизах лейбла Brownswood Records, несомненно, достойно упоминания, но и группу Small Circle Of Friends, ориентированную на поп-музыку, но занимавшую заметное место в движении эйсид-электроники 90-х. В 2002 году Тосио Мацура покинул U.F.O. и занялся собственными проектами, с чем связывают конец существования легендарного трио, при том что формально ни Себбаг, ни Ябэ не заявляли о прекращении деятельности United Future Organization.

Старая столица: Mondo Grosso, Sleep Walker

United Future Organization были первыми, но не единственными пропагандистами «кислотного джаза» на Дальнем Востоке в начале 90-х. В каждой крупной стране существует исторически сложившееся противостояние городских центров — в Японии эта ситуация произошла с регионами Кансай (исконным торговым центром страны ещё со времён Средневековья, включающим в себя крупнейший город Осака и старую столицу Киото) и Канто (Токио, столица с XVII века, и окрестности). Противостояние «старой» и «новой» столиц, столь напоминающую нам соперничество Москвы и Санкт-Петербурга, крепло и в сфере музыкальной индустрии. Киотская джазовая тусовка, метко названная Джайлсом Питерсоном в одной из статей в культовом журнале «Straight No Chaser» словосочетанием «Jazz Massive», сложилась параллельно с сообществом вокруг трио Ябэ-Себбаг-Мацура. Прародителем и главной фигурой эйсид-джаза Кансая оказался Синити Осава (Shinichi Osawa), основатель культовой группы Mondo Grosso. Mondo Grosso фактически считается детищем одного человека, плодотворно сотрудничавшее с приглашёнными музыкантами. Здесь же стоит отметить, что многие из «приглашённых музыкантов» на изломе 90-х объединились в группу Sleep Walker, ставшую своего рода маяком в нынешнее десятилетие. А начинали свою музыкальную карьеру они ещё с тех времён, когда United Future Organization формировали токийскую клубную среду. Сюя Окино, например, крутил старые пластинки в первых токийских клубах, пианист Хадзиме Йосизава (Hajime Yoshizawa) записывал дебютный альбом «Hajime» в Нью-Йорке в составе американского квинтета — альбом удачно вписался в волну свежего пост-бопа и фьюжна с сильными классическими корнями. Саксофонист Масато Накамура (Masato Nakamura) мелькал в одних проектах с теми же U.F.O. и братьями Окино в составе коллектива, впоследствии сформировавшегося в Kyoto Jazz Massive, а также основал соул-поп-группу Dreams Come True и сочинил музыку к суперигре «Sonic the Hedgehog» для игровой приставки Sega. Вообще все эти музыканты, а также многие другие, имена которых безнадёжно путаются в голове, часто писали музыку вместе - иногда в составе разных сторонних групп, иногда в рамках недолговечных, но ярких проектов вроде Cosmic Village (начинавших, кстати, с каверов на влиятельную в 80-х японскую электропоп-группу Yellow Magic Orchestra). Одним словом, все варились в одном котле. Не было бы Осавы и его Mondo Grosso, не сложилось бы, наверное, той самой киотской тусовки, которая, кстати, в отличие от ныне молчащего U.F.O. (при всех заслугах культовой троицы), процветает до сих пор. В репертуаре Mondo Grosso было много того, что вообще мало относилось к клубному джазу, но даже поп-ориентированные треки Осавы были сделаны на высшем уровне. Со временем Синити отдалился от эйсид-джазового сообщества, но зато осталось само сообщество, базировавшееся вокруг немногочисленных лейблов, главным из которых был For Life Music. Дискография For Life Music ведётся аж с середины 80-х и охватывает самый разный спектр жанров, от эйсид-джаза до синти-попа. В это же время старший из братьев Окино, Сюя Окино, не без помощи «товарищей по цеху», открывает по-настоящему андерграундное место «The Room» в Сибуе, одном из самых оживлённых районов Токио. «The Room» становится «местом для своих» - точкой притяжения единомышленников, одержимых эйсид-джазом, брокен-битом и похожей музыкой. И хотя география эйсид-джаза начинает размываться, тусовка Киото «внедряется» в модный Токио, идеологическое противостояние двух сообществ никуда не исчезает. Что касается слушателей, то им, впрочем, всё равно: японская публика славится не только своей чуткостью и внимательному отношению к музыке, но и принципиальной незлобностью. Одним словом, есть чему поучиться.

В начале нового тысячелетия самый цвет приверженцев эйсид-джаза объединяет усилия в рамках общего проекта — Sleep Walker. Первая пластинка коллектива «Ai-No-Kawa / Resurrection», выпущенная в 2000 году, открыла каталог лейбла Especial Records, основанный братьями Окино одновременно с официальным образованием Kyoto Jazz Massive. Sleep Walker – самый джазовый проект в ряду прочих. Быстрый инструментальный хард-боп с латинскими ритмами и характерными громкими духовыми вот уже десятилетие демонстрирует, что такое настоящий «future jazz» в японском понимании этого слова. Кстати, Хадзиме Йосизава, автор не одного десятка золотых треков в дискографии проекта Sleep Walker, в то же самое время не забывает о сольном творчестве, увлекаясь то бразильской перкуссией, то неспешными джазовыми фортепьянными зарисовками, то серьёзными фри-джазовыми идеями с эйсид-электроникой.

Об официально оформившемся союзе братьев Окино, Сюи и Йосихиро, которые «оприходовали» называние Kyoto Jazz Massive, стоит сказать отдельно. Уже в 1993 году на диске «Brownswood Workshop: Multidirection», составленном United Future Organization и представлявшим самые, на их взгляд, интересные имена в современном японском эйсид-джазе, латино и босанове, музыкальный тандем двух Окино и их друзей-музыкантов фигурирует как Kyoto Jazz Massive Project. Это звучное словосочетание снова возникает годом позже — как название одного из сборников уже упомянутого лейбла For Life Records. Но только в начале 2000 года, когда KJM официально формируется в дуэт, наступает новая веха истории «киотской тусовки»: братья Окино основывают лейбл Especial, ныне поддерживаемый Окино-младшим, который до сих пор регулярно выпускает в свет творения друзей и товарищей из околоджазовых тусовок Кансая и Токио.

Братья Окино из Kyoto Jazz Massive, пожалуй, как никто привили японцам интерес к странному слову «кроссовер», метко характеризующее типичный местный джазовый саунд с привкусом электроники. Через несколько лет после образования Kyoto Jazz Massive Сюя Окино, не без помощи брата и друзей-ветеранов прочно сформировавшейся музыкальной сцены, организовал фестиваль Tokyo Crossover / Jazz Festival: поездка на загребский Future Jazz Festival в 2002-м вдохновила его на создание аналогичного мероприятия и у себя на родине. Идея оказалась не просто успешной (благо достойных музыкантов в Японии и так было предостаточно), но и сыскала уважение в европейском музыкальном мире: вот уже несколько лет на токийский фестиваль съезжаются самые известные имена «электронного джаза», а японские диджеи и музыканты выступают на одной сцене с вокалистами мирового уровня.

Журнал Newman разговаривает с Сюей Окино перед выступлением Kyoto Jazz Massive в Сингапуре в мае 2008 года:

Как ты заинтересовался джазом?

В юности я хотел быть графическим дизайнером. Я собирал пластинки лейбла Blue Note, вышедшие в 50-60-е, а у них было очень стильное оформление. Конечно, я не только любовался ими, но ещё и слушал. Так я понял, что джаз — это круто.

А друзья твои, наверное, считали, что это не круто?

Да, это было что-то около двадцати пяти лет тому назад, и джаз никто не слушал. Мои друзья слушали рок-н-ролл, поп и музыку формата MTV, но мне лично нравился джаз.

Когда ты решил сделать из джаза жанр, в котором соединяются разные стили?

Я поехал в Лондон, когда мне было 20, и познакомился с Джайлсом Питерсоном на одной из его вечеринок. Меня поразило, насколько похожими были наши музыкальные пристрастия. Он уже был знаменитым, мог мешать в одну кучу джаз, соул и фанк, и все были в восторге. Тогда я решил стать диджеем, чтобы пропагандировать эту музыку в Японии.

Братья всегда дерутся, а вы ссоритесь, когда пишете музыку?

Нет, потому что мы разные. У меня свой менеджмент, свой клуб, я пишу музыку, а Йоси (Йосихиро Окино) держит музыкальный магазин и рекорд-лейбл, к тому же он занимается всякими техническими вещами. Мы задействованы на совершенно разных ролях, так что комбинация получается хорошая. Если бы мы дрались, Kyoto Jazz Massive не существовало бы.

Что повлияло на музыку KJM?

На нашу музыку колоссальное влияние оказал японский джаз-фьюжн 70-х вроде Тэрумаса Хино (Terumasa Hino), Садао Ватанабэ (Sadao Watanabe) и техно-поп группа Yellow Magic Orchestra — её мы тоже слушали в молодости. Ну и хаус мы слушали, детройтское техно, хип-хоп — самые разные стили.

Что сейчас происходит с клубным джазом в Японии?

Я не могу сказать, что «клубный джаз» - это такой жанр. Клубный джаз — это когда вы находите влияние джаза в разных других стилях, от техно до андерграундного хип-хопа. Но я вижу, что сейчас тек-хаус и живой джаз стали более популярны среди всей этой палитры.

Эта музыка — чисто японское явление, порождённое историей местной танцевальной культуры?

Думаю, техно, хип-хоп и регги тоже сильны в Японии. Но японцы любят слушать джаз в модных местах, типа как в дизайнерских ресторанах и кафе. Здесь было мощное движение фьюжна в конце 70-х и эйсид-джаза в начале 90-х, эта музыка всегда ассоциировалась с чем-то передовым и андерграундным.

Одиночки: DJ Krush, Calm, Jazztronik и многие другие

На фоне общей эйсид-джазовой тусовки, полной проектов, творческих объединений, идей, выделяются имена, занимающие обособленную позицию, которые даже при частом сотрудничестве с другими музыкантами не связывают себя прочно с каким бы то ни было сообществом. Вернее — стоят во главе своих собственных сообществ. Говорить о всех этих именах в одном контексте — по меньшей мере странно: столь различную музыкальную философию они исповедуют. И всё же разговор о японской электронной сцене вообще был бы бессмысленным без нескольких имён: DJ Krush и Calm в большей степени известны, конечно же, как ключевые фигуры немного других музыкальных жанров, связанных с размытым понятием «future jazz» лишь косвенно, но «периферийные» работы обоих, несомненно, стали весомым вкладом в копилку эйсид-джаза как такового. Стоит ли говорить, что с радостью причисленный фанатами хип-хопа в пантеон «своих», DJ Krush никогда не удалялся от джазовых влияний. Краш начинал с джаза и до сих пор время от времени возвращается к семплированию джазовых форм — вспомните его треки с серии пластинок «Def Beat Remixes» на лейбле Def Beat — которые пусть и не выходили официально, собирали в одно целое многих влиятельных деятелей хип-хопа. Имя Краша фигурировало, кстати, рядом с названием «leftfield jazz» - сомнительно звучащим, но метко передающим содержание музыки японского диджея и музыканта. Его лучшие философские вещи с альбомов вроде “Zen” или “Jaku”, приближающиеся к меланхоличному трип-хопу, написаны с явным уклоном в сторону инструментальных джазовых идей. «Когда я стал диджеем, я начал слушать много хип-хопа. Но потом хип-хоп привёл меня к джазу, - признаётся Краш в одном из своих интервью. - Если вы спросите меня, как назвать мой стиль... Не знаю, сложно назвать какой-то один стиль. Это хип-хоп, но не совсем. С музыкальной точки зрения, в нём очень много намешано. Я бы назвал его просто «стиль DJ Krush».

Что касается второго важного имени, то Киётака Фукагава, более известный как Calm, или Farr, со второй половины 90-х прочно занимает позиции одного из самых интересных даунтемпо-музыкантов в японской музыкальной культуре. Релизы Calm соединяют в себе дип-хаус с эмбиентом, лёгкий брокен-бит с инструментальными пассажами, иногда даже возникает регги, африканские ритмы или, наоборот, лишённые всякой ритмической структуры электронные мелодии. Вскоре после Миллениума Calm запускает собственный лейбл Music Conception, один из самых интересных проектов которого — Moonage Electric Ensemble — инструментальный коллектив, переигрывающий треки всё того же Киётаки в совершенно джазовом ключе. Будет уместно упомянуть ещё об одном проекте, в котором задействован Calm, - дуэт Japanese Synchro System был создан им в 2006 году вместе с Казуюки Симидзу, приверженцем хип-хоп-группы Tha Blue Herb и одноимённого лейбла, базирующегося в Саппоро с конца 90-х. Japanese Synchro System пропагандируют музыку не совсем привычную для Симидзу, но вполне вписывающуюся в узнаваемый стиль а ля Calm. Плюс к этому — вариации на тему «Go Bang» в духе проекта Артура Рассела (Arthur Russell) Dinosaur L, эпизодическое увлечение детройтским техно, а также джазовые и соул-песни — в общем, всего в дискографии этого коллектива предостаточно.

Но вернёмся к «тому самому джазу»: воспитанник «старой школы» эйсид-джаза, Рёта Нодзаки, более известный как Jazztronik, нередко выступает в составе группы, меняя при этом статус диск жокея на позицию клавишника в квинтете. Вместе с приглашёнными вокалистами или без них, Jazztronik устраивает своеобразные джем-сэшны с очень характерной музыкой, которую вообще сложно описать. Несомненно, она берёт свои корни в старом джазовом фьюжне, близко подходит к стилю United Future Organization, вплетает в себя множество мировых влияний и в итоге получается яркой и своеобразной. «Как музыкант я начал учиться классической музыке в старшей школе и не бросил это занятие после поступления в университет, - рассказывает сам Рёта. - В старшей же школе я познакомился с современной музыкой. Джаз же пришёл позднее, с тем как я узнал о таких пианистах, как Херби Хэнкок (Herbie Hancock) и Джордж Дюк (George Duke). Как диджей я никогда не играю джаз в своих сетах, я стараюсь, чтобы в них было больше бразильской и латинской музыки». Без преувеличения можно сказать, что Jazztronik — лидирующее имя очередного музыкального сообщества, базирующегося на лейбле Flower Records: Sunaga T Experience, Reggae Disco Rockers (проект одного из основателей лейбла) и ещё десяток достойных коллективов поддерживают околоджазовую сцену на показательно жизнеспособном уровне. Тему отдельных имён можно было бы успешно продолжать в связи с клубным хаусом, как нигде стоящим близко к нью-джазовой сцене. Стоит вспомнить Юкихиро Фукутоми (Yukihiro Fukutomi) или - уже из молодого поколения - DJ Kawasaki, протеже Kyoto Jazz Massive: первый известен замечательными хаусовыми работами, сдобренными истинно джазовым настроением, ещё с начала 90-х, а также несчётным количеством ремиксов, среди которых, в частности, особенно выделяется бессмертная классика жанра — ремикс на трек «Coffee Talk» немецкого проекта Jazzanova. Юкихиро Фукутоми, кстати, принимал активное участие в продюсировании проектов сторонней музыкальной сцены, непосредственно выросшей из старого эйсид-джаза: такие коллективы как Fantastic Plastic Machine и Pezzicato Five, построившие своеобразный саунд так называемого стиля сибуя-кэй (shibuya-kei), смешивающего рок, синти-поп и новое диско, в своё время пользовались большой популярностью как в самой Японии, так и за рубежом. В связи с сибуя-кэй, а также японским easy listening, можно вспомнить имя Това Тэй (Towa Tei), тоже, несомненно, стоящего обособлено и оказавшего сильнейшее влияние на музыкальную культуру Японии в целом. Но возвращаясь к тусовке, более приближённой к традиционному эйсид-джазу, стоит сказать пару слов и о DJ Kawasaki: молодой диджей и музыкант замечен в выпуске стопроцентно диско-хаусовых пластинок, но за впечатляющие лайв-сеты с соул-вокалистами корифеи future-jazz-движения считают его «своим».

Клубные бэнды: Quasimode, Soil & “Pimp” Sessions, Cro-Magnon

И всё же японским джазменам новой эры, с их любовью к пьесам, насыщенными звуками, приходится отдавать предпочтение коллективным формы музицирования. Коллективный дух вообще присущ исполнительным японцам, клановое самосознание которых со второй половины XX века трансформировалось в образцовую корпоративную преданность. Это свойство отлично работает в рамках музыкальных объединений, породивших настоящий пласт джаз-бэндов, создающих тот самый «future jazz» в настоящем времени. И вот здесь возникает главная дилемма, о которой всё это время приходилось деликатно умалчивать. Настолько ли «будущий джаз» - дело будущего, действительно ли он «nu», то есть «new», или всё новое — это опять-таки хорошо забытое старое? Мы не ошибёмся, если скажем, что без корней нет и будущего. Все эти многочисленные джаз-бэнды новой волны недвузначно доказывают, что старый добрый бибоп жив, здоров и способен стать плодородной почвой для новых идей. Не стоит забывать и о вездесущем латино, столь любимом в Стране Восходящего Солнца. Пример идеального синтеза демонстрирует квартет Quasimode, впервые появившийся в 2006 году, как ни странно, на шведском лейбле Raw Fusion. С точки зрения джазового пуританизма квартету может позавидовать не один джаз-бэнд — настолько их музыка живая, концертная, дышащая. Для тех, кто хорошо знаком с джазовыми пластинками и альбомами, не нужно лишний раз говорить, что огромная часть музыки заметно теряет свою форму в записи. С композициями Quasimode этого не происходит.

Как, впрочем, и с другим, весьма заметным коллективом свежей джазовой волны, с энтузиазмом представленный европейской публике всё тем же Джайлсом Питерсоном. Soil & “Pimp” Sessions — в самом деле, более коммерческий проект по сравнению со многими, но только лишь потому, что Soil & “Pimp”, к счастью для себя, попали под опеку крупнейшего рекорд-лейбла Victor Entertainment (после успешного выступления на фестивале JVC, с которого и началась серьёзная карьера коллектива). По забавному стечению обстоятельств, группа заняла место в каталоге лейбла JVC по соседству с упомянутыми Yellow Magic Orchestra, замкнув очередной неизбежно образовавшийся круг. «Конёк» Soil & “Pimp” - ими же изобретённый «death jazz» - очень быстрый и нарочито шумный стиль, выросший из бибопа и получивший название по аналогии с разновидностью тяжёлого рока, «death metal». Дискография коллектива с завидным постоянством пополняется альбомами, которые к тому же дублируются на европейский рынок лейблом Brownswood Recordings. Слава об эпатажном секстете быстро разлетелась по миру, а изобретатели «альтернативного джаза» стали частыми гостями на крупнейших музыкальных фестивалях. В самом деле, а почему бы и нет: такие коллективы как Soil & “Pimp” Sessions не только привносят свежую струю в классическое музыкальное направление, но и подогревают интерес нового поколения к стилям, которые по глупому предубеждению принято считать делом прошлого века. Вообще молодым японским группам надо отдать должное: они с завидной долей смелости стирают границы между жанрами, смешивая в одно не только электронную музыку и джаз например, но и диско, фанк и джаз и рок — с таким невообразимым гибридом, к слову, выступает трио Cro-Magnon. Электрогитара, бас и клавишные этого коллектива, образовавшегося в 2004 году из хип-хоп группы Loop Junktion, временами выдают самые неожиданные и любопытные музыкальные формы, моментально реализующиеся при участии лейбла Jazzy Sport, передовой инстанции ломаных ритмов и крайне популярных в наше время «слоу-брейкс» на Востоке. От группы Cro-Magnon невозможно ожидать ничего конкретного: японцы то играют космическое диско с электрогитарным соло, то углубляются в откровенный поп-рок, то начинают выдавать дикий джаз в лучших традициях японского «джазданса».

«Красотой Японии рождённый»: Восток и Запад

Мощную японскую сцену, славящуюся эклектичными вкусами и непринуждённым отношением к музыке как к гуттаперчевому материалу, не терпящему никаких границ и рамок, с большим энтузиазмом поддерживают европейцы. И речь идёт не только о Джайлсе Питерсоне, который вносит посильный вклад в судьбу не первого и не второго поколения японских музыкантов (Джайлс вообще весь мир держит на ушах), но и, например, о немецких цитаделях Sonar Kollektiv и Compost. Так один из лучших дисков Джазановы «The Single Collection 1997-2000», признанный золотой классикой жанра «future jazz», выходил только в Японии и включал в себя ремиксы от Kyoto Jazz Massive, Юкихиро Фукутоми и Calm. Те же Quasimode выпустили последний свой альбом на лейбле Джазановы, а давняя крепкая дружба Kyoto Jazz Massive и Compost Records вылилась не только в дюжину изданных пластинок, но и огромный пятитомный микс «Fueled For The Future», записанный братьями Окино на «Компосте» в 2003 году. Есть во всей этой тесной тусовке и такие имена, которые целенаправленно смотрят в сторону японских островов: Ник Вестон (Nik Weston) к примеру, - главный пропагандист японского саунда в западной среде, основатель лейбла «Mukatsuku» и составитель многочисленных сборников, не упустивших из вида ни одного интересного японского имени, от тех же United Future Organization до Сусуму Йокоты (Susumu Yokota), Electric Sheep (проект Окино-старшего и Хадзиме Йосизавы) и Force Of Nature. Дань японской музыкальной культуре отдаёт австриец Том Виланд (Tom Wieland) из Les Gammas, назвав один из своих проектов 7 Samurai, а участник дуэта Tokyo Black Star, Алекс Пра (Alex Prat), предпочитает французским корням псевдоним Alex From Tokyo. Джайлс Питерсон, открывая после ухода из Talkin' Loud новый лейбл, называет его созвучно рекорд-компании United Future Organization, меняя второе слово в сочетании «Brownswood Records» на «Recordings». Всё та же Джазанова, выпуская замечательный ремикс на трек Йана Пули (Ian Pooley) «What's Your Number», скромно семплирует один только выкрик - «Change!» - из фразы, некогда обыгранной United Future Organization в их хите «Loud Minority».

Японская музыкальная индустрия — это непосредственный сегмент японской культуры, которая вся сформировалась в результате многочисленных заимствований и последующего «переиначивания» этих заимствований под себя. Можно копаться дальше — и узнать о сотне новых имён, одинаково известных и не известных на Западе, можно вспомнить о раритетных японских переизданиях американского и европейского джаза, можно рассуждать об особенностях японского менталитета в контексте местной музыкальной сцены... Всё это — вопросы, не укладывающиеся в рамки одной статьи, но объясняющие, почему ведущих диджеев и музыкантов европейского музыкального сообщества время от времени тянет на самые восточные острова Планеты.

И даже если «японский саунд» - это миф, навеянный ностальгией по разрозненному миру и «чистому», в какой-то степени дикому Востоку, феномен японского эйсид-джаза заключается в одной, очень простой формуле, которая больше нигде в мире, к сожалению, не работает: нет границ, нет условностей, нет запретных звуков, или, говоря точнее, ни один звук не может быть слишком запретным. Джаз-бэнд играет нео-диско с элементами пост-бопа и бразильской музыки на одной сцене с диск-жокеем, причём диск-жокей этот — кто-то вроде техно-первопроходца Кэна Иси. И не очень ясно, стоит ли разделять техно и джаз, фанк и рок. Такой вот своеобразный культ понятия «кроссовер».




Читайте:


Добавить комментарий


Интересно знать:

Рэгтайм

Рэгтайм - еще один специфический жанр афро-американского музицирования, сложившийся к концу XIX века. Слово это означает рваное или разорванное в...

Fusion

Cовременное стилевое направление, возникшее в 1970-е годы на основе джаз-рока, синтеза элементов европейской академической музыки и неевропейского ф...

ECM

Отдельную нишу в сообществе джазовых стилей с начала 70-х годов заняла немецкая фирма ECM (Edition of Contemporary Music - Издательство современной ...

Босса-нова

В ритмическим отношении южная часть Нового Света заметно повлияла в нашем веке на всю популярную (и джазовую) мировую музыку и многое дала ей в смыс...

Новая музыка:

News image News image
News image News image
News image News image
News image News image
News image News image
>>>>: Главная - Новый джаз - Запретных звуков нет! Танцевальный джаз в Японии

Легенды джаза:

Aretha Franklin

News image

Арета Франклин (англ. Aretha Louise Franklin род. 25 марта 1942 года в Мемфисе, штат Теннеси ) - американская ритм-энд-блюз, соул и госпел...

Биография Нэт Кинг Коула (Nat King Cole)

News image

Настоящее имя: Натаниэль Адамс Коулс (Nathaniel Adams Cole) Родился: 17 марта 1917 в Монтгомери, Алабама (Montgomery, AL) Умер: 15 ф...

Новые впечатления:

Неба Жители

Состав: Виктория Дариан, Дмитрий Дариан, DJ Juxtapose Место на карте: Россия, Москва Стиль: Acid Jazz, Ambient, Breaks, Chillout, Drum & B...

Март 2010: ЕСМ Records и другие джазовые конюшн

Начну обзор мартовских джазовых релизов опять со Старого Света: расположенная в Мюнхене, европейская империя джазовой индустрии изысканных альтернат...

Авторизация

It only takes 2 minutes -